Tais (benazir) wrote,
Tais
benazir

Categories:

кипит наш разум возмущенный

Жалко, что нет какого-то критерия: продуктивно/непродуктивно сходил к психологу. Ну, правда. Специфика, йопт. Итог проявляется аж через время. И он (итог) конечно же, есть. Но вот, каждая отдельная сессия – насколько она шаг вперед, назад, сторону или, вообще, топтание на месте.

Очень не хочется терять времени зря. Очень хочется разговаривать по существу. Но иногда несет. И несет так, что обсуждение занимает все время сессии, еще и остается. Не время, увы, а желание пообсуждать. А так как тратить еще одну сессию на посторонние рассуждалки мне жалко, я тут выскажусь.

Да что-то, откуда ни возьмись, выплыло у меня одно существенное несоответствие между фильмом и книгой «Вечный зов». Эпизод один, который и там, и там имеет место быть, но с принципиальным различием.

Помните, в фильме Кафтанов отдает свою дочь Анну на поругание Криворотову? Жандарму своему?

Сам факт изнасилования Анны мог бы считаться рядовым эпизодом зверств гражданской войны, да проходит потом некой красной нитью в отношениях Федор-Анна-Иван. Первый никак не смирится с тем, что «не девкой тебя взял», ревнует к третьему. Третий скрипит зубами, играет желваками, но ничего не отвечает на обвинения. А сама Анна бьется в истерике, не пытаясь даже слово в свое оправдание сказать. И там еще замешаны сложные отношения Федора со старшим сыном на почве этой же самой ревности. В общем, не просто так это изнасилование автором придумано.

Помню, когда я смотрела фильм в детстве (а тогда это кино все смотрели, особо развлечениями не избалованные), никак не могла понять: почему Анна все не объяснит Федору? Почему молчит Иван, который горячо любит Анну и страдает от ее сложных отношений с мужем? Почему не расскажут? Ну, мало ли: случилось. Война, враги, ничего человеческого. Объяснили бы, понял бы Федор, не дурак же. И даже, может быть, поверил бы. Во всяком случае, не так бы был уверен в своей версии, что его «удачливым» соперником стал его родной брат. У них там, и так, хватало разногласий, чтобы еще женщину притягивать.

В общем, считала я Анну и Ивана в этом вопросе упертыми дураками, пока книгу не прочитала. Нет, вру. И тогда считала. И вдруг, совершенно на пустом месте, через много лет после прочтения, из ниоткуда выплыло у меня: в книге-то Анну насилует сам Кафтанов. И в этом раскладе эпизод уже перестает быть «рядовым» случаем гражданской войны. Ситуация чудовищна: отец, пообещав убить дочь, сначала ее насилует. Убить не успевает, но сам погибает от руки Ивана. Что должна была пережить девушка? Сразу три потрясения, каждое из которых способно убить: угроза смерти от отца, инцест и смерть отца. Это же объясняет, почему она при каждом упоминании Федора о «не девкой» впадала в истерику и не была способна слова сказать. Это объясняет слова Ивана: «Надо жить, Анна, надо жить дальше». И его молчание тоже. Вообще, такая «незначительная» замена насильника с постороннего жандарма на отца – она многое объясняет в дальнейшем сюжете отношений этих трех людей.

И такое, я вам скажу, восстало во мне возмущение авторами фильма. Какого это, растакого они поменяли эпизод. Зачем? Почему решили пригасить чудовищность ситуации? Что это за полутона, вдруг? Вот бы встретиться с (кем там?) автором сценария и режиссером, внимательно в их глаза посмотреть и спросить: а чо это? Или это не они виноваты? Может, худсовет какой-то не пропустил? А резоны какие были? Вот бы послушать аргуменитики. В идеале, конечно, морды им набить. Ну, то есть, я негодую по полной программе. До сжимания кулаков и слез бессилия.

Вот, об этом негодовании я и говорила с психологом. И откуда, мол, и чего это, дескать. И книгу читала сто лет назад, и кино смотрела еще раньше, и не думала об этом, а оно вот. Да еще с такими эмоциями. А она сказала, что «я не уверена, но, возможно, это может быть, что…» Она, вообще, почти никогда утвердительно ничего не говорит. Только вот с такими расшаркиваниями. Она предположила, а я согласилась: как же, блин, бесит это ханжество. Как же стремно, что «у нас об этом говорить не принято». Об этом принято врать. Или молчать, что тоже ложь. И тут, заодно, я вспомнила осторожный вопрос сестры: «Тема твоих разговоров с психологом изменилась?». Да! Изменилась, блин. Но только потому, что мне надоело перемалывать свою травму. Мало того, что у меня было испорчено детство, вся жизнь пошла по сценарию выживания и недоверия. Так, блин, это продолжает до сих пор трепать мне нервы. Вылазит таким вот причудливым образом. И никуда не девается, как бы я не старалась делать вид, что «все в прошлом». Вспомнила ответ психолога на «доколе?»: «Вы не знаете, сколько Вам понадобится времени на переживание этой травмы».

Может быть, если бы не было таким табу говорить о сексуальном насилии, тем более, об инцесте, не была бы моя ситуация настолько трагичной? Ведь, правда: все знали, что меня избивают. Сочувствовали, сопереживали. Даже давали приют, когда я, не выдержав, сбегала из дома. Но никому и никогда я не рассказывала о настоящих причинах избиений. Мне было стыдно. МНЕ! Мне было СТЫДНО!!! Сейчас за меня стыдно моей сестре. За МЕНЯ, блин! Не за него. Это же я, позорница, вывешиваю откровения в открытый доступ. Как я могу?! Ну, было и было, чего теперь былое ворошить? Как можно такой позор на всеобщее обозрение вывешивать? Кого здесь интересует, что чувствую? Нам бы приличия соблюсти, не правда ли? Моя жизнь – она уже прожита, чего уж теперь. Я теперь – неудобный (потому что не молчащий) свидетель чужого преступления. И нет сочувствия. Есть только страх, что я, каким-то образом смогу навредить. Потому что «Ты пишешь имена и фамилии в открытом доступе». А, типа, нельзя, мало ли. То есть, мне, вроде бы, готовы посочувствовать по факту насилия. Но давайте, как-нибудь, замнем кадровый момент. Персонажи, мол, не имеют значения. Чувствуете параллель с фильмом? А оно – имеют. Еще и как имеют. Потому что, насилие исходит от людей, от которых ждешь заботы и защиты. И куда бежать, в таком случае? Кому доверять? Перед кем открываться? Как, вообще, жить дальше?

Кажется, имен удалось избежать? Это же так важно: не навредить никому сейчас, раз уж вред, нанесенный мне, необратим.
Tags: книги, настроение
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments